Кто тут сейчас
fenec-fox
kermit
pnh
Дык
Просто читают: 9
RSS


текст
Сразу оговорюсь — фильм "Гостья из будущего" я не смотрел, о сюжете и главных героях имею весьма смутное представление, и потому, прошу строго не судить, если какие-нибудь предположения пойдут наперекор содержанию и идее киноленты.

Предположим прибыла Алиса в восьмидесятые, там в нее влюбился Коля Герасимов, в которого была влюблена Юля Грибкова.
Затем Юля выросла, выучилась, в институте занялась общественной деятельностью, и дальше двинула по парт-хоз линии. Получила назначение в физико-техническое НИИ, занимающееся проблемами перемещений во времени, заняла должность старшего администратора а затем и директора.
Затаив обиду на юную путешественницу, отбившую у нее возлюбленного, Юля рубит все перспективные темы, и продвигает заведомо гиблые. В результате, ко времени Алисиного отрочества, нет ни машины ни путешествий. И теперь все у Юли складывается прекрасно.
Но.
Счастливая Юля не активничает на комсомольских собраниях, не двигается по партийной линии и устраивается скромным технологом на завод.
НИИ, без чуткого Юлиного руководства, осуществляет прорыв в науке, и Алиса улетает в объятия Коли.
Юля опять несчастна, что снова побуждает её стать директором и тормозить развитие советской науки
И вот мы получаем петлю времени, в которую попала вся наша вселенная, из-за одной маленькой засранки.
Кстати, куда пропал fenec-fox?

Водитель Toyota Land Cruiser рассказал, почему сбил медика в Екатеринбурге

Кому интересно, обратитесь к первоисточнику, а я перескажу своими словами.
Потомственный новый русский привез своего дедушку в больницу. Припарковался по всем правилам, посередине дороги. И все бы было ровно, но тут представители нарождающегося сословия медиков начали качать права. Вышла потасовка с мордобоем и оскорблениями.
Из всего этого автор статьи и комментаторы делают выводы что нового русского надо немедленно распять, в назидание. Предлагают самые разные методы воспитания, из которых самый мягкий — "двушечка".
А по мне так обое хороши.
Довелось мне тут, после почти тридцатилетнего перерыва, посетить местную поликлинику. Зрелище, я вам скажу,печальное. С температурой под сорок я пришел в регистратуру. А там место для очереди больных сократили раза в четыре. На приеме, в широченной светлой комнате за стеклом сидят две клуши, и что-то медленно набивают одним, на двоих, пальцем на клавиатуре компьютера. Прием ведет одна, а вторая отдыхает, закрыв окошечко тетрадкой. А на шести квадратных метрах темного коридорчика теснятся человек двадцать страждущих помощи. Минут через сорок я получил направление к терапевту. Кабинеты врачей перенесли на этаж где при СССР был стационар с больными. В просторных палатах сидят врачи, а в темных коридорчиках больные, стоя, часами дожидаются своей очереди. И "часами" это не фигура речи и не преувеличение. Я полтора часа простоял оперевшись о стенку, на тесной лавочке сидели две бабушки с травмами ног, дожидавшиеся перевязки.
Врач измерила температуру и тут же отправила меня на анализы, скороговоркой назвав кабинеты и выписав направления стандартным врачебным почерком. Я попытался уточнить номера кабинетов в регистратуре, у отдыхавшей регистраторши, но та меня откровенно послала. Спасла меня, от вечных скитаний милая девочка — медсестра, которую я поймал за рукав халатика. Она вежливо и понятно рассказала что, как и в какой последовательности надо делать. Хотя, как раз ей, это было совершенно не нужно, и никак не входило в её обязанности.
А в начале двухтысячных у меня умирал отец. Да, скорая приехала быстро. И довезла его до больницы тоже быстро. А потом санитары положили его на каталку, и он лежал там пока я не приехал, и не занялся тем чтобы хоть кто-нибудь его осмотрел.
К чему я все это нопейсал?
Да к тому что сейчас вся страна бьется за то чтобы ввести особую ответственность за помехи медикам, какая уже есть за помехи правоохранителям и прочим представителям власти. Что, по сути, и есть сословные привилегии.
А по мне, так вырастив в противовес поднявшимся в девяностые новым русским, казенные сословия медиков, педагогов, правоохранителей, чиновников, армейских и других, мы вряд ли приблизимся к справедливому обществу.
И те и другие кормятся на работяге, и самоутверждаются за его счет.
В середине восьмидесятых, прикольные пестни Лозы и Александра Новикова, были альтернативой чугунному пафосу Макаревича и Гребенщикова. Лоза как был нонконформистом и разрушителем смыслов, так и остался им. Как в, монументальной и академичной, советской эстраде должны были появится рокеры и панки, так и в среде андеграунда возник феномен Лозы, уравновешивающий и возвращающий к реальности, из мира внесоветской и общечеловеческой морали. Буддистский ленинский принцип единства и борьбы противоположностей действует в любой, даже бесконечно малой, части социума.
Я люблю песенки Цеппелинов и музыку Моцарта, но меня нисколько не задели слова Лозы о 80% самоповторов и расстроенных инструментах. Даже не знаю почему. Может быть от того, что это совершенно мозголомное, и потому забавное утверждение.
К тому же, среди его ироничных, на грани издевательства, песенок встречались искренние вещи.

По разбитой набережной Невы, спотыкаясь о выщербленные гранитные плиты, брели две странные фигуры. За плечом той что пониже, болтался холщовый мешок с двумя округлыми предметами. На зеленой голове высокого красовалась шутовская капитанская фуражка с обвислыми полями.
Вокруг полыхал багровый закат. Солнце не могло пробиться сквозь тучи радиационной пыли, но поджигало их своими прощальными лучами, и тучи изливали на землю невыразимо яркий и ровный свет, съедавший контраст, но делавший предметы отчетливыми, и как бы светящимися изнутри. Это странное освещение усиливало цвета, и мир становился похожим на злой цирк — шапито, или картинку нарисованную недобрым художником, потерявшим чувство меры.
— Мочи нет больше, Кэп!
простонала невысокая фигура
— Давай здесь остановимся!
— Хрен с тобой, сволочь краснопузая, здесь так здесь. Я мешок развяжу, а ты доставай фунфырик Боярки.
грозно сказала фигура в капитанской фуражке

Сиське

Попке



Читать далее...