Piton
kermit
mealzzz
tenj2
Просто читают: 8
RSS
Скоро исполнится 30 лет этой хуйне. 25 апреля 1993 года, 30 лет назад, состоялся референдум, который должен был, но не смог вывести нашу страну из конституционного кризиса и запомнился благодаря рекламному слогану "да — да — нет — да". Компанию по подготовке к плебисциту сегодня принято считать первым случаем массового использования в России PR-технологий. На кого и на что опирались при подготовке к референдуму команда президента Бориса Ельцина и ее оппоненты из Верховного совета?

За месяц до референдума, 26 марта 1993 года, в Москве собрался девятый чрезвычайный съезд народных депутатов. 28 марта депутаты голосовали по проекту постановления о назначении досрочных президентских выборов. За объявление импичмента президенту Борису Ельцину высказались 617 депутатов при необходимых 689 голосах. Неудавшемуся импичменту предшествовал конституционный кризис, началом которого принято считать декабрь 1992 года. Тогда на седьмом чрезвычайном съезде не был утвержден премьер-министром Егор Гайдар, а затем этот пост в результате многоступенчатого голосования занял Виктор Черномырдин.

Борьба шла по двум направлениям: как сформулировать вопросы, которые будут вынесены на референдум, и как считать голоса — от числа пришедших на избирательные участки или от общего числа избирателей. В итоге гражданам предложили ответить на четыре вопроса:
1) о доверии президенту
2) о доверии правительству
3) о необходимости досрочных выборов президента
4) о необходимости досрочных выборови народных депутатов.
По заключению Конституционного суда решение по первым двум вопросам, носившим оценочный характер, следовало принимать, учитывая процент голосов от пришедших на участки граждан; по третьему и четвертому вопросам, решавшим судьбу досрочных выборов, как процент от общего числа избирателей.

Борис Ельцин призвал граждан отвечать "да" на все четыре поставленных вопроса. Поддерживавшая его команда выработала и раскрутила ставший знаменитым слоган "да — да — нет — да". Но разрешить кризис проведённый референдум не смог. Хотя формально по всем четырем вопросам граждане ответили именно так, как им предлагала президентская команда, необходимые 50% от общего числа избирателей за досрочные выборы народных депутатов так и не проголосовали. Легитимных оснований для разгона Верховного совета Борис Ельцин не получил и в октябре 1993 года сделал это силовым методом, расстрелом Верховного Совета.

Эксперт в области электоральной географии Александр Киреев, анализируя итоги голосования, отмечал, что, хотя "никаких юридических последствий референдум не имел, он дал множество интересных результатов. Например, с того времени обозначился так называемый красный пояс (регионы, стабильно голосующие за коммунистов, существовали до 2003 года). Явные намеки на него существовали и раньше, но на президентских выборах 1991 года такого разделения не было. Александр Собянин и Владислав Суховольский в своей книге "Демократия, ограниченная фальсификациями" отмечают, что к моменту референдума число сторонников президента сокращалось, но еще оставалось достаточным для победы: "В июне 1991 года за избрание президентом бесспорного лидера демократов Бориса Ельцина проголосовало свыше 45,5 млн избирателей. На апрельском референдуме число его активных сторонников сократилось почти на 5 млн, а в декабре 1993 года за принятие ельцинской Конституции проголосовало лишь около 33 млн избирателей. Но одновременно практически в той же пропорции сокращалось и число активных (то есть участвующих в голосованиях) сторонников коммунистических и националистических партий".

Политолог Владимир Жарихин (в 1993 году сотрудник фракции "Свободной России" в Верховном совете) также полагает, что референдум во многом был выигран командой Бориса Ельцина по инерции. "Одним из главных ресурсов Кремля было оставшееся у людей стремление к переменам. Хотя по многим рыночные реформы уже ударили, но люди по-прежнему считали: надо двигаться дальше. И в итоге проголосовали разумно: они увидели, что конфликт между исполнительной и законодательной властью зашел в тупик и результаты волеизъявления можно было интерпретировать в том смысле, что нужны досрочные выборы и президента, и парламента",— отмечает он. "Хотя реформы больно ударили по населению, в демократию, рынок и реформаторов по-прежнему многие верили. Мощнейшая волна, которая привела Бориса Ельцина к власти, еще не упала,- говорил и Николай Травкин (в 1993 году лидер Демократической партии России, ДПР). Реформаторы при этом были уверены, что переменам мешает только парламент и, если его распустить, то всё наладится". "На стороне Ельцина выступила так называемая апрельская коалиция. Это были люди, которые выходили на митинги в 1989-1990 годах, которые защитили Белый дом во время путча 1991 года. Те, кто искренне поддерживал Ельцина", говорил Сергей Станкевич (советник президента по политическим вопросам в 1992-1993 годах). К 1993-му уже пришло отрезвление, многие отпали, но те, кто остался, были надежные, проверенные люди. На этой базе сразу после референдума Борису Ельцину надо было создавать партию, возглавлять ее и к концу года выходить на досрочные выборы, но силовики настояли на другом варианте". На митинги с плакатами "Ельцину — нет" в Москве выходили сторонники Верховного совета, но одержать победу на референдуме им не удалось

Сергей Филатов (руководитель администрации президента в 1993-1996 годах) утверждает, что при подготовке к референдуму президентская команда опиралась в первую очередь на внутренние ресурсы: "Нас поддерживало телевидение, полпреды президента в регионах, где-то губернаторы были сторонниками Бориса Николаевича". Сторонники Бориса Ельцина настаивают, что административного ресурса в ходе подготовки того референдума не применялось, поскольку элиты были расколоты из-за противостояния двух ветвей власти. "Административный ресурс был разделён, если бы он был в одних руках, танки в Москве в октябре не появились бы", говорил Николай Травкин. Александр Коржаков (начальник Службы безопасности президента с 1991 по 1996 год) утверждал, что "административный ресурс применялся всегда: напрягались местные органы власти через администрацию президента". Об этом же говорят и оппозиционеры того времени. "Мощности АП, правительства, губернаторов были брошены для достижения нужного результата. Плюс уличная пехота "Демократической России": активисты ее региональных ячеек выступали полевыми агитаторами. Наконец, СМИ — центральные и региональные, государственные и олигархические, играли на победу президентской команды", утверждал народный депутат Виктор Аксючиц.

Накануне референдума уже сформировалось олигархическое звено новых собственников, которые испугались ухода Ельцина. Во главе этой группы стояли Владимир Гусинский и Александр Смоленский. Под их контролем уже находились СМИ и телеканалы, а также известные лидеры перемен из "Демократической России". "Ресурсы у президентской команды были "неограниченные: это и начинающие олигархи, и окрепнувшие кооператоры, ларьки которых обложили данью, ее собирали уголовники; огромные деньги были брошены, дворцовая интеллигенция была подкуплена", так комментировал Р.И.Хасбулатов ситуацию того времени.

В 1990-1992 годах министр печати и информации, а в 1993-м — руководитель Федерального информационного центра (ФИЦ) Михаил Полторанин вспоминает, что в позиции СМИ была своя заинтересованность: "В ФИЦ мы собирали руководителей центральных телеканалов и главных редакторов крупнейших газет и проговаривали: победа Верховного совета на референдуме недопустима, люди там сидят агрессивные, экстремисты. Надо сделать так, чтобы победила команда президента". По словам господина Полторанина, убедить СМИ проявить лояльность помогал и финансовый фактор. "В соответствии с президентским указом от 1992 года специальная межотраслевая комиссия во главе с депутатом Верховного совета Аллой Ярошинской распределяла деньги для поддержки СМИ. Без господдержки многие из них просто не выжили бы, так что они понимали, с чьих рук кормятся",— добавляет он.

По словам оппонента ельцинской команды, депутата Ильи Константинова, свои медиа были и у сторонников Верховного совета. "Это были региональные СМИ, которые по традиции опирались на местные советы. Но в эпоху телевидения их возможности были несравнимы с тем, чем оперировала исполнительная власть", — отмечает Константинов. "Ресурсом Верховного совета были депутаты-одномандатники, которые на встречах со своими избирателями вели пропаганду",— говорит Сергей Филатов. В условиях контроля Кремля над телевидением оставалось использовать прямые трансляции, которые по закону велись с заседаний съездов народных депутатов. Сторонники Верховного Совета опирались на структуры и СМИ возрождавшейся КПРФ, был парламентский печатный орган "Российская газета", но она и в те времена была маловлиятельной.

"Большинство губернаторов нас поддерживали, но они побаивались и старались особенно никому не подыгрывать",— вспоминал Руслан Хасбулатов. Регионы заняли в тот момент выжидательную позицию и старались не подыгрывать ни одной из сторон. Разве мог себе раньше кто-то представить разногласия между Верховным Советом и генеральным секретарем ЦК? Пожалуй, лишь Юрий Лужков и Анатолий Собчак заняли однозначно проельцинскую позицию. Лидеры национальных республик опасались, что при усилении президентской власти ослабнет их влияние, поэтому играли скорее на стороне оппонентов Ельцина. Они поддерживали традиционную власть, а коммунистов было больше в Верховном совете. Если же говорить о территориях, то за ним был центр, северо-запад страны, сибирские регионы. Верховный же совет опирался на регионы юга и Черноземья.

Рождение технологий

Главным достижением команды Бориса Ельцина стал ударный слоган: "да — да — нет — да", который до сих пор помнит любой россиянин. Телевизионная реклама шла не так активно, но этот речитатив доносился отовсюду. Его напевали на мотив мелодии из фильма "Весна". Накануне референдума я ездил по Брянской и Смоленской областям, и этот слоган звучал всюду, из каждого радиоприемника вдалбливался этот позывной. Структурированных предвыборных штабов тогда не было, и становление профессионализма произошло позже, но и к моменту референдума про политтехнологии у нас уже знали. Команда Георгия Сатарова из фонда ИНДЕМ перевела американский учебник по ведению избирательных кампаний. Тогда впервые была опробована технология "от двери к двери"; пытались использовать методы нейролингвистического программирования. До 1993 года никто в стране не знал, что такое политическая реклама. Разработка речитатива "да — да — нет — да" была важным коммуникационным решением, оно было из области рекламы — не разъяснять суть поставленных вопросов, а внедрить в общественное сознание: приходите и голосуйте так, если любите президента. В 1996 году этот приём был повторен во время кампании "Голосуй или проиграешь".

Участники тех событий вспоминают, что тогда же впервые был опробован и чёрный пиар. Главным приемом было шельмование Верховного совета и оппозиции, тогда впервые появился ярлык "красно-коричневые", который апеллировал к исторической памяти бойцов Великой отечественной войны, воевавших с Германией. Создавался образ врага, и СМИ удалось представить Верховный совет символом зла. Власть дала старт националистической пропаганде, посыл которой: "вы выступаете за чеченца Хасбулатова или за русского Ельцина?". Народ начали пугать, что снова вернутся очереди в магазинах, что закроют выезд за границу: это повлияло на итоги волеизъявления Позже эта тема активно обыгрывалась уже во время президентской кампании 1996 года".

Неважно, как голосуют — важно, кто считает

Выносные урны и закрытые избирательные участки — всё это было придумано значительно позже. Из воспоминаний Хасбулатова, в ходе голосования было вброшено около 8 млн бюллетеней, но ЦИК в то время занимал вполне нейтральную позицию. Манипуляции осуществлялись на участках: шустрые мальчики-кооператоры ходили с мешками денег и где-то запугивали членов комиссии, где-то подкупали. Были и откровенные фальсификации — забрасывали пачками бюллетени. В условиях острой конкуренции между ветвями власти возможностей для масштабных манипуляций у Кремля всё же не было, они появились после октября 1993 года. Даже думские выборы 1993 года еще прошли честно, иначе на них не победила бы ЛДПР. Ни система контроля, ни система подбора кадров в ЦИКе тогда не была налажена. Вмешиваться в его работу боялись обе стороны.

Кого ни спроси сейчас, какие тогда задавались вопросы, то никто не вспомнит. А формулу "да — да — нет — да" вспоминают мгновенно до сих пор. Качественно сделанная агитация
Президент Франции Эммануэль Макрон заявил, что военное командование страны не исключает вероятности, что война может вспыхнуть на территории Европы, предупреждая, что французская армия не готова к этому. Слова президента цитирует издание RFI.
И первыми в Россию побегут немцы из Германии, вот это и будет конец Европы"
Так
В Византии тогда образовались две партии: одна
за Фотия, другая за Игнатия, который не соглашался добровольно отказаться от
патриаршества. Они постоянно анафематствовали друг друга, и их горячие споры
заставили Михаила III созвать собор. Папа Николай 1, который поддерживал Игнатия,
также был приглашен, но послал вместо себя своих легатов. Последние, под влиянием
подкупов и угроз, признали низложение Игнатия и избрание Фотия патриархом
константинопольским. В противовес этому решению, папа Николай собрал собор в Риме,
который предал анафеме Фотия и восстановил Игнатия. Михаил не обратил внимания на
постановление римского собора и в резком письме к папе заявил, что
константинопольская церковь не признает его притязаний на главенство во вселенской
церкви. В это же время разыгралась история обращения болгарского царя Бориса в
христианство, когда константинопольские и римские интересы также серьезно
столкнулись. Созванный в год смерти Михаила (867) собор в Константинополе осудил и
предал анафеме папу за его еретическое учение о прибавлении в символе веры filioque и
за незаконное вмешательство в дела константинопольской церкви. Папа и патриарх в
свою очередь предали друг друга анафеме.

Экологи напомнили, что в этом году из школ выпускается 697 тысяч одиннадцатиклассников.

Использование презервативов на выпускных вечерах в школах может привести к появлению двух тонн неперарабатываемого пластика и латекса, говорится в сообщении на сайте Российского экологического оператора (РЭО)



Латексные презервативы часто называют биоразлагаемыми. Но и они не являются экологичными из-за добавления в них полимеров. Биологи обнаружили сотни микрочастиц пластика в каждой особи ельца, выловленного в апреле 2020 года в реке Томь. Об этом пишет ТАСС со ссылкой на экологов.