См заголовок

Но несмотря на это безобразие:


Трамп, объявил о встрече с Кимом, потом сказал что его неверно поняли, но впоследствии все же встретился.



"Рад снова тебя видеть", — сказал Трамп Ким Чен Ыну в начале встречи. Изначально ожидалось, что встреча будет короткой и ограничится рукопожатием и небольшим диалогом.

После рукопожатия Дональд Трамп пересек демаркационную линию и оказался на территории КНДР. Он сделал несколько шагов, после чего оба лидера снова пожали друг другу руки и перешли на южную сторону демилитаризованной зоны.




Фильм очень качественно снят, хорошая операторская работа, лихо сделанные перестрелки. Смотрится как лучшие голливудские боевики. Герои совершенно картонны и черно — белы. Злые орки и исчадия ада — албанцы нападают на воинов света. Но нашим, конечно же, было скучно снимать по бесхитростным американским шаблонам и они везде понатыкали занозы постмодерна.
"Нашему начальнику полиции 70 лет, а скачет как Чингачгук" — в адрес героя Гойко Митича и ухмыляющаяся рожа одного из лучших режиссеров современности — Эмира Кустурицы, в финальных кадрах фильма.
В целом фильм вполне, хотя и не шедевр. Лучше Т 34 на порядок.
Одно мне лично осталось неясным — зачем было крошить албанских боевиков рискуя и теряя жизни, разве они сами бы не убежали при подходе к аэропорту такой колонны бронетехники?


1. В Дашково-Песочне пьяный велосипедист ограбил студентку.
2. Собутыльники украли телевизор и продали его проезжающему велосипедисту в Обнинске.
3. В Лузе велосипедист украл сумку с деньгами на глазах у детей.
4. Неадекватный велосипедист избил велосипедом автомобилиста.
5. Пьяный велосипедист украл 20-килограммовый памятник мастеру Йоде.
6. В Екатеринбурге велосипедист поджег автомобиль своего обидчика.
7. В Раквере неизвестный велосипедист украл у женщины на улице сумку.
8. На Кубани велосипедист украл у геодезистов оборудование на 100 тысяч рублей.
9. Немолодой велосипедист изнасиловал случайную прохожую.
10. Столичный велосипедист ограбил студента.
11. Велосипедист избил пешехода за его невнимательность.
12. Под Астраханью задержан пьяный велосипедист с пакетом наркотиков.




В конце 60-х годов в одном из уголков старой Москвы завелась нечистая сила. Днем она мирно спала, а когда опускались сумерки, начинала подавать признаки жизни. Но об этом знали лишь жильцы ветхого дома в Южинском переулке, которым эта нечисть досаждала дикими криками, звоном бьющегося стекла и грохотом падающей мебели. Самым странным было то, что все это безобразие, беспардонно игнорирующее незыблемые законы социалистического общежития. происходило в квартире известного психиатра — профессора, светила ученого мира.





Сыном того светила отечественной психиатрии, хозяина квартиры, был Юрий Мамлеев, ставший известным писателем. Он автор десятка произведений, в частности нашумевшего на Западе романа "Шатуны". Его называют учеником Достоевского, талантливым исследователем самых темных уголков человеческой души.




На Южинском у Мамлеева собиралась московская богема, но не та, которую принято называть "золотой", составленной из элиты артистического мира, а "чернушно-подпольная". Здесь не знали предела ничему: ни портвейну, ни наркотикам, ни сексу. Самые безумные выходки только приветствовались, ибо считались кратчайшим путем "заглянуть за черту".
Один из ветеранов того круга вспоминает, например, такой эпизод, связанный с покойным художником Владимиром Пятницким, близким другом Венечки Ерофеева. "Шли как-то за очередной опохмелкой. Вдруг Пятницкий достает шприц, наполняет его из лужи и эту грязную жижу вводит себе в вену. Все были уверены, что ему кранты. Ничего подобного — остался здоровехонек и впоследствии даже приохотился к таким экспериментам над собой. Умер, когда закачал себе в вену невообразимую смесь из ацетона, лака для ногтей, стирального порошка и еще какой-то дряни."
Подобные выходки только на первый взгляд казались безумием белогорячечников. Нет, то были и стиль жизни, и, если хотите, идеология южинской богемы. "Человек, не побывавший в психушке, — неполноценный человек", — один из ее девизов. Мамлеева называли Главным Психиатром богемы. Он со знанием дела расставлял ловушки душам своих приятелей, провоцировал их на безумные поступки, внимательно, как под микроскопом, разглядывал и затем садился писать рассказы. Не случайно его романы, скорее напоминающие реестр всевозможных маньяков, написаны с путающей достоверностью.




Все это напоминало мир странных героев Достоевского с их богоискательством, сумасшествием и болезненным самоуничижением. Есть еще реальный эпизод, связанный с самим Мамлеевым. Одна девица, посещавшая его вертеп, как-то привела на Южинский своего жениха, клерка из какого-то министерства. Ему была обещана встреча с "необыкновенными людьми". Жених, увидев пьяную полусумасшедшую компанию, был немало разочарован. "И это твои "великие посвященные"? — вскричал он. — Да они не достойны целовать мои ноги!" Мамлеев воспротивился: "А вот и достойны" — и принялся лобызать его ботинки.
То была, по выражению старого друга Мамлеева, эпоха "интеллектуального шизоидного подполья", единственного и неповторимого в своем роде. Наркотики и алкоголь были для него тем допингом, который быстрее приводит к финишу, называемому "метафизическим концом сущего".




Так продолжалось, несколько лет. Много известных ныне людей перевидал Южинский переулок. Бывал там гениальный художник Анатолий Зверев, поэты Генрих Сапгир и Юрий Кублановский, писатель Эдуард Лимонов — всех не перечислишь. Их, конечно же, не печатали и не выставляли. Многие спились. Меньшинство — Мамлеев и ряд его друзей — нашли в себе силы вырваться из смертельного эксперимента. Нет, они не отказались от бесовщины, а, повзрослев, предпочли ее более щадящие и перспективные формы.




В романе "Шатуны" есть персонаж по имени Анатолий Падов, чем-то напоминающий Ставрогина из "Бесов" Достоевского. Человек загадочный, наделенный необыкновенными способностями, которые обращаются одинаково успешно во Зло и Добро. У Мамлеева он выглядит так: "Обычно он жил саморазрушением, нередко смешанным с безумным страхом перед загробной жизнью и потусторонним. Этот страх заставлял его выдвигать бредовые гипотезы о послесмертном существовании, одну бредовее другой. Порой казалось, что он спасался от реального страха перед смертью или неизвестным тем, что еще более разжигал этот страх в себе, разжигал до исполинских размеров, подтапливая его бредком, и точно готовый сгореть в этом бреду".
Прототипом Падова стал Евгений Головин — мало кому известный, хотя его ранг в той среде был и остается на высоте Гуру, пророка и великого мистика. Его биография обросла мифами. Известно, что ему исполнилось 59 лет. Отец отправился на золотые прииски и сгинул. По его словам, с 10 лет воспитывался у бабки-колдуньи, жившей в глухом лесном крае.


цитаты отсюда
Мне вот интересно, неужели никто из сочатников, радующихся сегодняшнему северокорейскому кризису, не понимает что это всего лишь сигнал посылаемый США через Китай в Россию?
И неужели вы не видите, что раздолбав Северную Корею США получит то же что получил СССР, раздолбав Южинский Кружок?
Головин, Дугин, Джемаль и Мамлеев, варившиеся в собственном соку, вышли в мир со своим инфернальным началом, и стали катализатором перестройки.
Так же и Северокорейский режим не исчезнет совсем, а создаст условия для таких мировых перемен, о которых американцы даже не подозревают.