Мы его поймали! И вовсе он небольшой был. Никаких не четыреста метров. Просто вогнутые торцы и полированная поверхность цилиндра обманывали астрономов, ориентирующихся на плохо отражающие свет объекты.
С олимпиадой такая фигня вышла, ладно хоть тут повезло.

Главный инженер Ебрильцев проводил совещание.

- Хочу сообщить хорошую новость. Представитель заказчика Сергеев сломал шею. Звонили товарищи из Санкт-Петербурга, сообщили, что он завтра не приедет – Ебрильцев, как всегда, смотрел черными стеклами очков на невидимый для него мир, находящийся в окне дальнего конца кабинета.

- Товарищ Ебрильцев, он не сломал, у него ущемление сосудисто-нервного пучка… - Торопливо поправил руководителя заместитель Протонов. – И через неделю он будет в порядке.

- Неважно. У нас появилась ещё неделя, чтобы довести изделие до ума. И мы должны использовать это время с максимальной эффективностью. Свинстунов, доложите возможные меры по устранению обнаруженных дефектов. Дыкобразов, подготовьтесь ответить на вопросы о причинах их появления.

Кулакин, который сидел в самом дальнем конце длинного стола, как раз у окна, в которое невидящими глазами смотрел Ебрильцев, склонил голову к столу. Совещание обещало быть тяжелым и длинным – предстояло выявить виновных, и между отделами должна была развернуться полномасштабная война взаимных обвинений.

- Всего, согласно акту комиссии, дефектов обнаружено шесть. – Свинстунов достал из кармана трубку, с сожалением посмотрел внутрь пустой табачной камеры, и принялся докладывать, стараясь не смотреть в сторону Кибермана. Киберман сидел напрягшись, его глаза были устремлены в пол.

В этот момент дверь кабинета распахнулась – на пороге показалась главный редактор газеты «Кочегар» Александра Францевна Ольгина.