Кто тут сейчас
RSS
Я не знаю где вы берете таких блогеров, но, по моему, они сами скучные. Потому им и кругом скучно если нет громкой музыки и громкой мишуры.



Ещё Челябинск
Разговаривал Рахманинов густым низким басом, негромко и неторопливо. Очень любил быстро ездить на автомобиле. Будучи близоруким человеком, управлял автомобилем без очков, что подчас приводило пассажиров в ужас.
Хотя Рахманинов терпеть не мог советскую власть и тосковал по утраченной старой России[11], известие о нападении Германии на СССР произвело на него огромное впечатление. В годы Великой Отечественной войны, охваченный почти паникой за судьбу родины, он дал в США несколько концертов, весь денежный сбор от которых направил в фонд Красной армии и советовал всем русским эмигрантам тоже внести свой вклад. Денежный сбор от одного из своих концертов передал в Фонд обороны СССР со словами: «От одного из русских посильная помощь русскому народу в его борьбе с врагом. Хочу верить, верю в полную победу». Известно, что на деньги композитора был построен для нужд армии боевой самолёт. По некоторым данным, Рахманинов даже ходил в советское посольство, хотел поехать на родину незадолго до смерти.[
Поминальный ужин был накрыт в институтской столовой. Вернувшиеся с кладбища сотрудники рассаживались за столами, как всегда, преимущественно по отделам. Проектно-конструкторский отдел Ебрильцева сидел с краю.
Надо сказать, что в НИИ «Газгольдер» похороны случались довольно часто – много было сотрудников в возрасте, которые не прекращали работать и после выхода на пенсию. Кадровые потери происходили как в военной части, ведущей боевые действия – ещё вчера какой-нибудь инженер Петров шаркал ботинками по коридору, здороваясь с сослуживцами, а на следующий день на большом институтском стенде, висящим в фойе центрального корпуса, появлялся некролог с его фотографией, заключенной в траурную рамку.
Так что процесс был отлажен – едва вернувшиеся с кладбища расселись, как cразу же понесли горячий рыбный суп – такова была традиция в НИИ «Газгольдер». Разлили водку.
– А Хабитуллина нет, – толкнул Кулакина ногой под столом Нотченко. – Не пережил конфуза.
– Вообще-то странно, – кивнул Кулакин.
За центральным столом поднялся председатель месткома Тунеядцев. В его руке был стакан с ярко-золотистой жидкостью.

Читать далее...