— Ты дело хорошее сделал, брат. Меня выручил. И людям помог. Теперь только русские люди торговать будут
— А немцы?
— Какие немцы?
— Ну немцы!
— Зачем немцы?
Мы стоим на пороге и должны выбрать, или средневековая цеевропа, или Византия сто свободной конкуренцией культур, идей и технологий со взаимным обогащением. В рамках существующего законодательства, естественно.
Или "Армия, мова, вера — геть от Москвы/Европы/США" или прагматичное сотрудничество со всеми странами.
Или Россия для русских, с логичным продолжением — Башкирия для башкир а Бурятия для бурят, или осторожное купирование национализма и равные возможности для всех граждан страны в любой её точке.
Руководителей благотворительного фонда в Курске подозревают в совершении насильственных действий сексуального характера в отношении своего работника, которого они обвинили в смерти кота, сообщает региональное управление СК



А как бы ты поступил, Юзернейм?
Если космос — российский, то значет мы должны брать деньги со спутников, пролетающие через космос над нашей страной.
Вы скажете — так и другие начнут просить деньги с нас. Ну да. Просить то они могут, а сбивать спутники можем только мы.

В начале было бытие. И чистое знание. И кроме этих двух качеств не было абсолютно ничего. Ни пространства, ни времени, ни вопросов ни даже ответов.
Внезапно, в монолите чистого, неиллюзорного бытия появилась черная точка творчества, сомнения, возникла некая флуктуация развития, намек на время и пространство. И, появившись, эта точка разрасталась, пока не разорвала бытие на мириады осколков, из которых образовалась наша вселенная. С её пространством, временем, вопросами и ответами.
И, с тех пор, мы умножаем знание, с каждым действием понимая что знаем все меньше, покоряем пространство, с каждым метром все отчетливей осознавая непостижимую необъятность нашего маленького мирка, и упорядочиваем универсум, понимая что процесс энтропии необратим.
Мы ходим по плоской Земле, но точно знаем что наша планета кругла. Видим как Солнце, ежедневно, ходит по нашему небосклону, но не сомневаемся в том что это Земля вращается вокруг Солнца. А само солнце вращается вокруг неведомого центра галактики, которая, в свою очередь, движется в хороводе своих сестер, подчиняясь неумолимому закону расширения. И вместе с тем, зная что мы невидимая песчинка на задворках, мы без всякого сомнения, сознаем себя центром мироздания.
Наше сознание с самого детства раздвоено, постмодерн съел наш мозг еще в колыбели.
Уходя от традиционалистского общества мы удаляемся от абсолюта, чистого знания и бытия. Но и попытки вернуться к архаике смешны. Они напоминают уловки лысеющих пижонов, прячущих плешь под хитрым зачесом.
По сути, главная, и самая привлекательная идея фашизма — возвращение к архаике. Но именно она и недостижима.
Мы обречены на развитие и творчество.
Но, возможно, это не лучший, хотя и неизбежный вариант.
Подумайте об этом.

Смотреть дальше…
В конце 60-х годов в одном из уголков старой Москвы завелась нечистая сила. Днем она мирно спала, а когда опускались сумерки, начинала подавать признаки жизни. Но об этом знали лишь жильцы ветхого дома в Южинском переулке, которым эта нечисть досаждала дикими криками, звоном бьющегося стекла и грохотом падающей мебели. Самым странным было то, что все это безобразие, беспардонно игнорирующее незыблемые законы социалистического общежития. происходило в квартире известного психиатра — профессора, светила ученого мира.


спойлер
Австрийский парламент принял специальный закон, позволяющий властям изъять в пользу государства дом, в котором в 1889 году родился Адольф Гитлер.
В настоящий момент собственницей трехэтажного здания в городе Браунау-ам-Инн является некая Герлинда Поммер. Она наотрез отказывается продать дом.
На сегодняшний день единственным указанием на историческое значение здания является установленная у его входа памятная доска с надписью: "За мир, свободу и демократию. Нет фашизму. Миллионы павших напоминают нам об этом". Имя Гитлера не упоминается.
В Австрии уже не первый год продолжается дискуссия о том, что делать с домом. Министр внутренних дел Вольфганг Соботка выступает за его снос. Однако группа историков, которых попросили вынести свое мнение по вопросу, пришла к выводу, что уничтожение здания равноценно отрицанию нацистского прошлого страны.
отсюда