текст


А что с оплатой хостинга и прочими формальными моментами нашего виртуального существования?
Как я понимаю в чатеге не осталось админов от слова совсем.
И Ебрило не появляется.
Не обговорить ли нам варианты отступления на случай армагеддона?
В середине восьмидесятых, прикольные пестни Лозы и Александра Новикова, были альтернативой чугунному пафосу Макаревича и Гребенщикова. Лоза как был нонконформистом и разрушителем смыслов, так и остался им. Как в, монументальной и академичной, советской эстраде должны были появится рокеры и панки, так и в среде андеграунда возник феномен Лозы, уравновешивающий и возвращающий к реальности, из мира внесоветской и общечеловеческой морали. Буддистский ленинский принцип единства и борьбы противоположностей действует в любой, даже бесконечно малой, части социума.
Я люблю песенки Цеппелинов и музыку Моцарта, но меня нисколько не задели слова Лозы о 80% самоповторов и расстроенных инструментах. Даже не знаю почему. Может быть от того, что это совершенно мозголомное, и потому забавное утверждение.
К тому же, среди его ироничных, на грани издевательства, песенок встречались искренние вещи.

Дюжеву стыдно пройти в конец очереди, Серебрякову — жить в России. В принципе, разница между актерами только в масштабе. Да и нового, в таком поведении творческих людей, ничего нет. Пушкин писал — "мы ленивы и нелюбопытны". Наверное самый русский писатель двадцатого века — Веничка Ерофеев, позволял себе такие высказывания в адрес русских, что я их даже и повторять не хочу, вне контекста. Ну а уж советские актеры и певцы так песочили свою страну что не по себе становится, читая воспоминания о них.
Тут интересно другое — зачем именно сейчас вытащили на белый свет этот тривиальный и общеизвестный факт? Возможно сказывается близость выборов? Снизить путинский процент? Да нет, вряд ли. Если в стране все ленивы, пассивны хамоваты и наглы (принципы, во многом, взаимоисключающие кстати) то какой смысл голосовать за кого бы то ни было? Возможно какая то часть элит планирует новое призвание варягов. Или полное подчинение Империи Добра?

Свобода лучше несвободы наличием свободы (с)



Сиське

Попке
В курилке НИИ «Газгольдер» сидело шестеро: инженеры Киберман, Свинстунов, Нотченко, Максюта, Вадкоридзе и главный редактор институтской многотиражки «Кочегар» Александра Францевна Ольгина.

– Класть в окрошку колбасу – это, знаете ли, кощунство, – Нотченко стряхнул пепел и отхлебнул кофе.

– Николай, вы пижон, – Ольгина сделала маленький глоток из большой белой кружки, – на мне газета и семья. Если я буду готовить окрошку по вашим правилам, институт не прочитает ни передовицы, ни новостей из филиалов, а муж и дети останутся без ласки и любви.

– Тогда, простите, нечего называть окрошкой ту бурду, которую вы делаете наспех… Ещё и на покупном квасе. – Инженер Нотченко махнул рукой и стал энергично гасить окурок в казенной пепельнице из серой жести.

– Вы, Киберман, заблуждаетесь по поводу наших украинских коллег. Сделать они, конечно, сделают, но косяки исправлять нам, – Свинстунов погрозил Киберману пальцем, из его массивной трубки густо валил дым.

– Извините, Свинстунов, но я больше ничего за ними переделывать не буду, – ответил Киберман и, повернувшись к Вадкоридзе, спросил.

- Вадик, вы вчера футбол смотрели?

В этот момент дверь распахнулась, и в курилку вошли двое.

– Знакомьтесь, коллеги, наш новый стажер – Хачик Чифирян. Взят на должность техника-испытателя. – Обратился к присутствующим инженер-конструктор Дыкобразов.

– Здравствуйте, – Чифирян обвел взглядом собравшихся и несколько раз кивнул курчавой головой.

– Привет, привет, мудаки и ебососы, – вслед за стажером и конструктором в курилку вбежал инженер отдела снабжения Крупский.